Нечаевцы или петрашевцы? (О прототипах главных героев романа Ф. М. Достоевского «Бесы»)

Опубликованные в первом академическом издании «Полного собрания сочинений» Ф. М. Достоевского подготовительные материалы к роману «Бесы» содержат пометы писателя о том, что образ одного из главных его героев — Петра Верховенского — отчасти стилизован им под М. В. Петрашевского. В то же время комментаторы этого издания обнаружили в них помету, косвенно подтверждающую гипотезу о том, что одним из главных прототипов Ставрогина был Н. А. Спешнев. В статье проанализированы подготовительные материалы к «Бесам», в которых будущий Ставрогин значился еще как «Князь». Они сопоставлены в работе с личными впечатлениями Достоевского от общения со Спешневым не только в 1847–1849 гг., но и уже после его возвращения из ссылки, в 1860-е гг., а также с печатными материалами о пребывании Спешнева вместе с Петрашевским на поселении в Иркутске в 1857–1860 гг. Эти сопоставления показывают: некоторые отдельные существенные моменты в творческой истории «Бесов» связаны с тем, что если Петрашевский в 1859–1860 гг. и принял заметное участие в истории вокруг так называемой «иркутской дуэли», которая была направлена против генерал-губернатора Восточной Сибири Н. Н. Муравьева-Амурского, то Спешнев к тому времени совершенно переменился в убеждениях. Таким образом, подготовительные материалы к роману «Бесы» в полной мере подтверждают предположение о том, что основным прототипом Николая Ставрогина был Н. А. Спешнев. В то же время, обратившись к поведению М. В. Петрашевского в иркутской ссылке в 1859–1860 гг., можно понять, почему и каким образом в сознании Достоевского с этим человеком мог ассоциироваться социалист-революционер, подобный С. Г. Нечаеву.